В рамках рубрики #знайнаших мы посетили тренировку танцевальной группы, занимающейся под руководством Екатерины Борисовны Рублёвой и Ивана Александровича Шефера в ледовом дворце «Сокольники». Пообщались с Екатериной Борисовной о подготовке к новому сезону, настрое спортсменов на соревнованиях, мотивации, перспективах развития танцев на льду и многом другом.
У вашей старшей группы недавно проходил сбор в Новогорске. Как вы оцениваете прошедший сбор?
Сбор в Новогорске прошёл замечательно. Была проделана большая работа, доставлены некоторые программы. Сборы в Новогорске – это всегда очень продуктивная работа, потому что дети никуда не ездят, у них больше сил, можно составить комфортное расписание, побольше передохнуть между тренировками.
Как в вашей тренерской команде распределяются роли?
Мы уже очень давно все вместе работаем, все чётко знают, кто и что делает, никуда никого направлять не нужно. Сергей Сергеевич Плишкин — это наше творчество, то есть постановки программ, выбор музыки, вдохновение. Иван Александрович Шефер отвечает за техническую сторону, он наше спокойствие, третейский судья в каких-то вопросах. Он занимается документацией, организационные моменты тоже на нём. Так как у Ивана Александровича немецкие корни, он чёток и дотошен в определённых моментах. Александр Шустицкий сейчас курирует младшую группу. Так как в прошлом году Саша сдавал на технического специалиста, мы часто можем с ним о чём-то посоветоваться, обсудить нюансы, где мы по-разному смотрим на какие-то вещи. Также с нами работает хореограф Валерия Павловна Жукова, очень деятельный специалист, нацеленный на результат. Она с нами год, ведёт и старшую, и младшую группы, привносит что-то своё, добавляет, предлагает.
Сколько дуэтов у вас тренируются?
В старшей группе тренируются мастера Анна Щербакова/Егор Гончаров и две юниорские пары – это Дарья Дрожжина/Иван Тельнов и Варвара Слуцкая/Глеб Гончаров. В младшей группе занимаются две пары, выступающие по первому спортивному разряду: Полина Пунегова/Дмитрий Кашубин и Александра Васенёва/Максим Ситько – это новый дуэт, они только с начала сезона встали в пару. Арина Новикова находится в поисках партнёра. Также у нас есть три маленькие пары, выступающие по второму спортивному разряду.
Со стороны кажется, что ваша команда – большая дружная семья. На каких принципах строится работа в вашей команде?
Доверие, уважение и поддержка. С ребятами, которые уже очень давно у нас катаются, сложились очень-очень тесные и свободные отношения, нет натянутости, и это очень помогает в работе.
В социальных сетях мы часто видим, что вы вместе ходите на мероприятия, то есть проводите вместе время вне тренировок. Это как-то помогает в работе? Или это просто приятное времяпрепровождение?
Совмещаем приятное с полезным. Случается, что мы ходим на какие-то балетные и театральные постановки. Это расширяет кругозор и позволяет не только тренеру, но и спортсмену взглянуть на искусство и хореографию немножко под другим углом, посмотреть на специалистов высокого класса, увидеть, что человеческое тело способно делать уникальные вещи, сочетать это с прекрасной музыкой и прочее. Хотелось бы больше посещать такие мероприятия.
Какие самые главные требования вы предъявляете спортсменам изо дня в день?
Осознанность и трудолюбие – это основное.
На данный момент уже поставлены все программы?
У мастеров, кандидатов и первого спортивного разряда поставлено всё. У маленьких по большей части тоже поставлены программы, но пока в процессе, у них ещё есть время.
Вы обычно начинаете ставить программы до или после отпуска?
Стараемся до отпуска, потому что мы катаемся в основном до конца мая, и потом времени остаётся не так много. Что-то корректируется, конечно, что-то доставляется спортсменам, выступающим по спортивным разрядам. А кандидатам и мастерам стараемся поставить весной и идти в отпуск с чистой совестью.
Сколько нужно времени, чтобы «вкатать» программу? Возможно ли в принципе вкатать программу до идеала?
Мне кажется, есть очень хороший рабочий вариант, но они же растут, изо дня в день пытаются стать лучше. Следовательно, нет предела совершенству. Все элементы можно оттачивать, например, усиливать крутизну дуг, чистоту поворотов. Эта бесконечная работа, конца и края этому не видно.
Как каждый следующий сезон находить новую музыку и новые образы для спортсменов?
Я могу ответить за Сергея Сергеевича, так как нахожусь в непосредственном контакте с этим человеком и представляю, как проходит вся эта работа. Работа на самом деле очень кропотливая. Человек на это тратит очень много времени, не перестаёт об этом думать. Серёжа обрабатывает большой объём музыки для того, чтобы понять, за что можно зацепиться. Музыка просто накапливается, и в нужный момент, если всё складывается хорошо, ты эту музыку «выцепляешь» и понимаешь, что именно эта музыка понравится этому спортсмену. Это процесс очень кропотливый, долгий, постоянный…
Важно ли ставить программы в разных стилях, пробовать новое каждый сезон? Или лучше выбрать дуэту подходящий образ, придерживаться его из года в год и не рисковать?
Это очень непростой вопрос. Однозначно на него ответить не получится. Есть пары, которые в процессе своего развития становятся очень многогранными и могут сделать разные вещи. Мы к этому и стремимся, чтобы развивать спортсмена с разных сторон.
Но мы не забываем о природных данных, и иногда, когда человек ещё в начале своего пути, он не обладает каким-то большим спектром навыков, умений, его кругозор не так широк. В таком случае не надо рыбку учить летать. У нас же какая задача? Получить высший балл, скажем так. И нам это нужно здесь и сейчас. Иногда мы не обладаем таким большим количеством времени и делаем, конечно, выбор в пользу спортсмена, чтобы облегчить ему жизнь.
Отслеживаете ли вы реакцию болельщиков на программы?
Конечно, это важно, мне кажется, сейчас все за этим следят. Сейчас это всё очень медийно, всё на поверхности.
Как и когда происходит выбор костюмов к новым программам?
Как только мы имеем музыку и хотя бы какое-то представление о программе, мы сразу же начинаем работать над костюмами. Если мы хотим сделать хорошие костюмы, это занимает время, потому что это обсуждение, подбор тканей, общение с дизайнером. Мы очень давно сотрудничаем со студией «Маруся». Мы друг друга уже очень хорошо понимаем, и я вообще рада, что у нас есть такой человек и такая команда профессионалов. Мне легко с ними работать. Я накидываю свои идеи, мы коллегиально накидываем свои идеи, как бы мы, может быть, хотели это видеть, они как-то это интерпретируют. Это такое совместное творчество.
Что вы думаете о теме ритм-танца на этот сезон? Интересно было искать музыку для новых программ?
90-е – это весело, задорно, к тому же это отзывается очень сильно у многих людей. Понятно, что ребятам тяжело, потому что они только могут представить плюс-минус, как это всё было. Очень много классной музыки. Но есть одно «но», потому что нам нужно соблюдать разбег по темпу. И не все музыки, которые хотелось бы взять, нам под это подходили. В этом году подобрать музыку оказалось сложнее, чем в прошлом.
Взаимоотношения в паре – сложный процесс. Как тренеры реагируют на возникающие недопонимания?
Великое счастье, что у нас достаточно адекватные дети, и каких-то таких суперэкстренных ситуаций у нас, наверное, не складывалось. Мы все прекрасно понимаем, что они много работают, что они могут уставать, что помимо фигурного катания у них есть какая-то жизнь, где они тоже проживают какие-то эмоции, и иногда это несётся на каток. То есть это очень большой спектр вещей, который может влиять на настроение, на микроклимат и так далее.
Мы всегда даём время разрулить ситуацию самим. Всё равно их двое, двое пойдут дальше, им нужно учиться договариваться. Если мы понимаем, что ничего не выходит и процесс затянулся, то садимся и разговариваем с ними. Стараемся не вставать на чью-то сторону, а просто объяснять, что бывает вот так и вот так. Очень важно всё равно поддерживать мир, дружбу и хорошее настроение.
В каком возрасте, по вашему мнению, лучше всего переходить в танцы на льду?
Чем раньше, тем лучше. Я бы сказала, что лет в восемь-девять. Потому что задачи в танцах на льду сейчас очень высокие, сложные поддержки, твизлы. Чем раньше ребёнок начнёт в это погружаться, тем, естественно, быстрее он овладеет этим всем, и дальше будет проще.
Возможно ли оценить потенциал пары и примерный результат, которого они могут достичь, только поставив ребят в пару?
Меня всегда очень веселят такие вещи, потому что жизнь — это штука непредсказуемая: мы предполагаем, а Бог располагает. Можно понять, когда ты поставил двух людей в пару, перспективно это или нет – вот это понятно сразу. Спортсмены встали в пару, покатились, рычаги одинаковые, они одномассные и характер совпадает – ты понимаешь, что с этим материалом ты можешь работать и можешь вести их дальше. А вот так, чтобы сразу сказать, что ребята станут олимпийскими чемпионами… Мы не забываем о травмах, о характерах, люди сходятся и расходятся иногда даже на пустом месте, поэтому это не очень стабильная история.
Когда спрашиваешь одиночников: «Над чем вы сейчас работаете?» – они обычно перечисляют элементы ультра-си. А над чем работают танцоры?
Мне кажется, что мы работаем над всем сразу. И над элементами, и над скольжением, и над хореографией, и над взаимоотношениями.
Высококлассный танцевальный дуэт – он какой?
У такого дуэта должна быть хорошая техника, скатанность, слаженность, хорошее взаимоотношение в паре. В сложные моменты нужно уметь поддерживать друг друга и не опускать руки, если что-то идёт не по плану. И, конечно же, важно усердие, потому что бывают суперталантливые дети, не умеющие работать, и они не добиваются ничего. А бывают фанатичные трудоголики – про таких спортсменов с большей уверенностью можно сказать, что они чего-то добьются. Также очень важна целеустремлённость, чтобы спортсмены умели ставить цель и к ней двигаться.
За последние несколько сезонов танцы на льду приобрели необычайную популярность, болельщикам стало интересно разбираться в элементах, танцы на льду закрывали соревновательный день на этапах Гран-при. С чем вы связываете растущий интерес?
Сейчас вообще интерес в целом к фигурному катанию очень высокий. Я бы, наверное, не выделяла танцы. Фигурное катание сейчас на подъёме, очень освещается, люди смотрят, интересуются. Поэтому, мне кажется, это просто общая популярность фигурного катания на данный момент.
В интервью спортсмены обычно говорят, что приехали на соревнования не за медалью, а за чистыми прокатами, также хотят показать свой максимум на данный момент. Так ли это на самом деле, или спортсмены лукавят?
Мне кажется, что корректнее сказать, кому как психологически легче. Иногда человек себя настраивает на чистый прокат и не думает об оценках, и, скорее всего, он проедет хороший чистый прокат. А иногда ты ставишь большую цель и можешь в процессе перенервничать. Каждый спортсмен выбирает свою тактику, подходящую для его психотипа, скажем так, как ему удобнее договориться со своей головой.
Естественно, они подсознательно ставят себе цель, они знают, какими они хотят приехать, о чём они мечтают. Но мне кажется, что психологически легче им сказать, что они приехали на соревнования за чистыми прокатами.
То есть вы всех настраиваете просто на чистые прокаты?
Но ведь это первоочередное, потому что даже на прошлом Финале Гран-при, где Аня и Егор неожиданным образом стали бронзовыми призёрами, мы их на эту бронзу не настраивали. Мы настраивали их на чистый прокат. Мы же не знаем, что может случиться у соперников. Может быть суперклассный прокат, а может, наоборот, какая-то неожиданная неприятность. Поэтому, мне кажется, что психологически легче обозначить чистый хороший прокат, который должен, по идее, привести к хорошим оценкам и хорошему результату.
Как спортсмены должны выступить на соревнованиях, чтобы тренерский штаб остался на сто процентов доволен?
С настроением, на высоком эмоциональном подъёме и, конечно, на чистом исполнении элементов, чтобы всё совпало. Потому что иногда бывает такое, что они хорошо проедут технически и немножко где-то теряют в эмоциях. Это, конечно, расстраивает, потому что хочется, чтобы две эти составляющие в моменте соединились и дали нужный результат.
А был такой прокат, когда вы были на сто процентов довольны?
Бывают прокаты, когда я довольна. На тренировках они катаются свободнее, а на соревнованиях перед ними стоит очень большая задача – психологически справиться с давлением и показать максимально приближенный вариант к тому, что они исполняют на тренировках.
Наверное, когда я была действительно рада, что прокат был неплох – это чемпионат России 2025, когда Аня разбилась об Пашу Дрозда. Вот здесь для меня было важно, чтобы человек вообще доехал. Но адреналин и Анькин характер спасли ситуацию, потому что это было и достаточно на подъёме, и достаточно чисто технически. При всех этих обстоятельствах я была очень довольна и рада.
Какие слова вы находите, когда приходится заставлять спортсменов работать?
Иногда нужно сказать: «Ребята, мы понимаем, что вам тяжело, но сейчас вот прямо надо постараться». Я считаю, что если ты делаешь на преодолении, то, скорее всего, результат придёт быстрее. Когда ты уже не можешь, но делаешь, это даёт хорошие плоды. Когда ты полон сил, с хорошим настроением и со свежими мышцами идёшь на тренировку и делаешь хорошие прокаты — это одно, а когда ты уже уставший и пытаешься этой же планки держаться — это совсем другая история, она более полезна.
Чем вы мотивируете себя, приходя каждый день на работу?
Детьми, ничем больше. Это счастье, когда они тебя мотивируют, потому что ты приходишь и понимаешь, что люди готовы работать, что они тебе смотрят в рот, что им интересен этот процесс. Это лучшая мотивация, когда ты видишь результат своих трудов. Вообще лучше ничего больше нет.
Что есть такого в танцах на льду, чего нет в других видах фигурного катания?
Мне кажется, что танцы берут эмоциональностью, дуэтностью, общением внутри пары, отыгрышем каких-то образов.
Сергей Сергеевич начал немножко работать с парниками, я наблюдаю за этим процессом, стала на соревнованиях целенаправленно смотреть парное катание и вообще поражаюсь. Я по большому счёту не каталась в одиночном катании, поэтому прыжки для меня — это загадка. Я не знаю, как люди это делают, они достойны уважения, восхищения и прочего. Потом эти высокие поддержки, это всё так эффектно смотрится и так впечатляет. Но пары высокого уровня в парном катании тоже имеют какую-то сюжетную линию в танце. Это тоже уже искусство, это классно. И когда это всё вплетено со сложными элементами, это очень завораживает.
В каком ключе, наш ваш взгляд, будут развиваться танцы на льду в перспективе?
Нет однозначной тенденции. Всё равно все будут отталкиваться от своих пар. У нас и так всё достаточно усложняется: усложняются требования, усложняются поддержки, год от года все стараются быть быстрее, сильнее, выше, точнее, рёбернее, поэтому, мне кажется, это может расти вдоль и поперёк.
В грядущем сезоне пройдёт Спартакиада – является ли участие ваших спортсменов в ней одной из целей на сезон?
Конечно, нам бы очень хотелось, и мы сделаем всё возможное, чтобы это случилось.
Какие чувства вы испытываете, когда начинается новый сезон?
Какое-то трепетное волнение, потому что каждый сезон – это опять всё с чистого листа, всё по новой. И ты не знаешь, что от него ждать, и делаешь всё возможное, чтобы всё было хорошо.
Как дела у входящих в резерв сборной России Анны Щербаковой/Егора Гончарова, входящих в основу юниорской сборной России Дарьи Дрожжиной/Ивана Тельнова и входящих в резерв юниорской сборной России Варвары Слуцкой/Глеба Гончарова? С каким настроем ребята готовятся к новому сезону?
Хорошо, потому что нет травм – это основополагающее. Ребята настроены, ребята в настроении, работают хорошо, претензий не имею. Поэтому надеюсь, что всё сложится успешно.
Автор: Вероника Андреева
Фото: Александр Виноградов
(Московская академия фигурного катания на коньках)